О ПРАЗДНИКЕ 23 ФЕВРАЛЯ
И О СОЗДАНИИ КРАСНОЙ АРМИИ

     Вопреки позднейшим утверждениям большевиков, день 23 февраля 1918 г. (здесь и далее - н. ст.) ничем героическим для них отмечен не был. Наоборот, в этот день отряды красной гвардии трусливо бежали от немцев, которые практически без боя подошли к Пскову и могли легко двинуться на Петроград, что стало последним аргументом в принятии Лениным условий подписанного вскоре Брестского мира, то есть капитуляции России вВеликой войне. Оправдывая необходимость этого позорного мира, Ленин писал в «Правде» 25 февраля:

     «Неделя 18-24 февраля 1918 года, неделя военного наступления Германии, явилась горьким, обидным, тяжелым, но необходимым уроком... Мучительно- позорные сообщения об отказе полков сохранять позиции, об отказе защищать даже нарвскую линию о невыполнении приказа уничтожить все и вся при отступлении; не говоря уже о бегстве, хаосе, безрукости, безпомощ- ности, разгильдяйстве... В Советской республике нет армии» (ПСС, Т. 35).

     Впрочем, и особых «боев» красных отрядов с немцами тогда не было, поскольку большевики были немецкими ставленниками: Германия помогла им прийти к власти именно для того, чтобы прекратить войну на восточном фронте. «Бои», то есть стычки при повальном бегстве красных, произошли из-за того, что в эти дни в большевицком руководстве шли ожесточенные споры: принимать или нет немецкие «грабительские условия» мира. И для убеждения несогласных немцам понадобился военный аргумент.

     Ленин был за мир: как-никак немцы его финансировали, провезли его группу из Швейцарии в экстерриториальных вагонах через Германию в Петроград, помогли (в том числе военными инструкторами) совершить переворот от 25 октября и захватить власть - за всё это нужно было платить.

     Главный же противник Ленина в вопросе мира - Троцкий - был более обязан своим деньгодате- лям с Уолл-стрита, которые привезли его углублять революцию в России на знаменитом пароходе, с американским паспортом (см. в изданной нами книге Э. Сатто- на «Уолл-стрит и большевицкая революция»). После успешной антимонархической революции в России Антанта стремилась к такой же революции в Германии и была заинтересована в продолжении боевых действий против нее русскими войсками. Именно Троцкий возглавил советскую делегацию на переговорах в Брест- Литовске, начавшихся в декабре 1917 г., всячески затягивая их и объясняя это соратникам тем, что в Германии вот-вот вспыхнет революция. Стремясь сорвать переговоры, Троцкий демонстративно обратился к немецкому народу через голову его правительства, открыто ведя среди германских войск антивоенную пропаганду. Одновременно он заявил немецкой делегации, что считает состояние войны прекращенным, и отбыл в Петроград.

     18 февраля немцы перешли в наступление, а Антанта требовала от Троцкого продолжать войну против Германии вместе с союзными войсками и даже предложила помощь для этого. Иначе капитуляция России означала бы резкое укрепление Германии за счет русского снабжения - и это оттягивало победу масонско- демократических держав. И потому Троцкий понукал красные отряды к сопротивлению немцам (ведь именно Троцкому было поручено создавать Красную армию и командовать ею, и масонскую пентаграмму символом Красной армии выбрал именно он, целый год ранее изучавший масонство).

     И вот, легко отбросив отряды красных «троцкистов» (тогда, конечно, этого слова еще не было), 23 февраля немцы предъявили своим ставленникам- большевикам новый ультиматум с еще более тяжелыми условиями мира. Поэтому Ленин тоже вынужден был ставить ультиматум собственной партии, угрожая в случае непринятия его позиции выйти из нее (а также и из правительства) и начать борьбу против нее. Под таким давлением Ленина 24 февраля ЦК принял решение о немедленном заключении мира (7 - за, 4 - против, 4 - воздержались). 3 марта 1918 г. в Брест-Литовске был заключен этот еще более грабительский (из-за стычек под Псковом) мир, знаменовавший собой безславный выход России из Мiровой войны (о его условиях скажем в календаре на эту дату).

     Так что объяснение «Дню Красной армии» 23 февраля следует искать отнюдь не в военной области, а, вероятно, в иной. Что же такого приятного жидобольше- викам случилось в этот день? 23 февраля (правда, по ст. ст.) в 1917 году, на еврейский праздник ненависти к антисемитам Пурим, в Петрограде митингами, женскими демонстрациями и забастовками началась Февральская революция. Поскольку большевики в ней не участвовали и даже не предвидели ее (она была делом еврейского комитета под названием «Политбюро», меньшевицких Советов, заговорщиков-масонов в Думе и подпольной организации Парвуса - координация всех этих сил происходила в масонских ложах; см. в книге «Вождю Третьего Рима», гл. II-6), то большевицким праздником ее объявить было трудно. Тем не менее и отмечать этот день «народного восстания против ненавистного царизма» очень уж хотелось. Видимо, именно поэтому и решили большевики не упускать из своих «святцев» этот запавший в зрительной памяти день 23 февраля, придумав ему позже иное название. По новому стилю на этот день 8 марта (день Есфири в 1917 году) - был назначен международный жен-ский день, а его зрительное запе- чатление в дате старого стиля, перенесенной в новый - возможно поэтому и стало «мужским днем» днем Красной армии? (Такое предположение выдвинул диакон Кураев.)

     По официальному объяснению советского времени, день 23 февраля 1918 г. «ознаменовался массовым вступлением добровольцев в Красную армию» после декрета Совнаркома о ее создании (БСЭ. Т. 8). Лишь с 1922 г. его стали отмечать как праздничный «день рождения Красной армии» военными парадами. В 1923 г. в честь «Дня Красной Армии» и Флота впервые был издан соответствующий приказ Реввоенсовета Республики. С тех пор ежегодно 23 февраля отмечался как День Красной Армии. Еще позже Красной армии стали приписывать даже «победу над немцами» в первом сражении в этот день под Нарвой и Псковом.

     Разумеется, о «массовости добровольцев» можно тут говорить лишь применительно к членам большевицкой партии, которые вступили в красноармейские отряды. Народ же не воспринимал красных за власть и не желал за них воевать.

     Ударным костяком Красной армии, особенно в первый период, были мобильные карательные отряды интернационалистов, безжалостные к чуждому им русскому населению. Они насчитывали около 300.000 бойцов (вен-гров, австрийцев, поляков, чехов, финнов, прибалтов, китайцев и др.). Исследователь этого вопроса М. Бернштам пишет, что «это была денационализированная и деклассированная человеческая прослойка, ... сорганизованная из военнопленных и из люмпен- пролетариата разных стран, находившегося в России на за работках», а также из «интернациональной социалистической интеллигенции, оказавшейся в России или съехавшейся туда сразу после революции». По советским данным, в 1918 г. интернационалисты составляли 19 % Красной армии, в 1920 г. после всеобщей мобилизации населения - 7,6 % («Вестник РХД». Париж, 1979. № 128).

     Регулярная Красная армия была создана Троцким лишь принудительной мобилизацией: на селе - с показательными расстрелами «дезертиров» перед их односельчанами; в городе - с широким применением системы заложничества. Главная причина, заставившая даже около 20 % офицеров генштаба пойти «военспецами» на службу к большевикам, было взятие в заложники их семей. Так под угрозой расстрела близких удалось «заставить строить коммунизм тех, кто является его противником», - объяснил Ленин эффективный метод Троцкого (Троцкий Л. «Сталин»). К каждому военспецу был приставлен комиссар, без одобрения которого приказы командира не выполнялись. Комиссар имел право арестовать командира. За сдачу белым Казани были расстреляны и командир, и комиссар 5-й армии...

     Главнокомандующий И.И. Вацетис (он же командир Латышской дивизии) писал Ленину: «Дисциплина в Красной армии основана на жестких наказаниях, в особенности на расстрелах... Безпощадными наказаниями и расстрелами мы навели террор на всех, на красноармейцев, на командиров, на комиссаров... смертная казнь... на фронтах практикуется настолько часто и по всевозможным поводам и случа ям, что наша дисциплина в Красной армии может быть названа, в полном смысле этого слова, кровавой дисциплиной» («Память». Париж, 1979. Вып. 2).

     Это, конечно, давало огромный процент дезертиров: 1919 г. было задержано 1 млн. 761 тысяча дезертиров и 917 тысяч уклонившихся (Оликов С. Дезертирство в Красной армии и борьба с ним. М., 1926) - это была половина численности всей Красной армии! Но остальные были вынуждены воевать. Белые же, как правило, не могли обезпечить выполнения своих приказов о мобилизации и применять подобные кары не решались.

     Тем более они не могли прибегать к методам, которые Ленин советовал Троцкому для обороны Петрограда: «Если наступление начато, нельзя ли мобилизовать еще тысяч 20 питерских рабочих плюс тысяч 10 буржуев, поставить позади их пулеметы, расстрелять несколько сот и добиться настоящего массового напора на Юденича?» (Латышев А.Г. Рассекреченный Ленин. М., 1996).

     Красная армия воевала не только против белых армий, но и против гражданского русского населения, подавляя повсеместно тысячи восстаний внутри страны. Именно в этой связи Бернштам отмечает, что упомянутый выше столь высокий процент иностранцев-карателей уникален для гражданских войн. «Для войны, в которой основные операции - не стратегические фронтовые, а подавление повстанчества и сопротивления коренного населения, роль 8-19-процентного ударного костяка, именно на подавлениях сосредоточенного, является ... ключевой в победе режима над населением» («Вестник РХД». Париж, 1979. № 128).

     С 1946 г. 23 февраля отмечалось в СССР со слегка измененным названием как «День советской армии и военно-морского флота»; в посткоммунистической РФ в названии праздника слово «советской» было лишь заменено на «российской» и в 1995 г. этот день был законодательно утвержден Госдумой и Ельциным праздником с ритуальным салютом. Сегодня это праздничный «День защитника отечества».

     Не желая отказываться от этой даты, ныне даже некоторые «необелогвардейцы» призывают переосмыслить праздник, не отменяя его: указывают на то, что именно в ночь с 22 на 23 февраля начался знаменитый Ледяной поход первого зачатка Добровольческой белой армии, и потому, мол, этот же день «защитника Отечества» можно связать с нею. Нам кажется это предложение неудачным, поскольку возник этот праздник именно в красной традиции и нынешние власти связывают его по-прежнему с нею. Это вместе с зеркально- параллельным «праздником» 8 марта - фактически замаскированное празднование антимонархической революции.

     Подлинный день памяти русского воинства, установленный в 1769 г., отмечался в России 29 августа (ст. ст.). См. также 26 ноября (ст. ст.) - день Георгиевских кавалеров.

М. В. Назаров
(по книге Вождя Третьего Рима», гл. III)

Советуем также заглянуть на страничку
Центрального Музея вооруженных сил о Красной армии





на главную